МІЖНАРОДНИЙ ФОНД
УКР ENG
 
news
/Forum/0_Forum.php

 

Швейцарська Конфедерація

 


 

 

 

 Дайджест  /  

 

Карл Волох: Мы поставили Конституционный суд в тупик своим последним ходатайством

 

Недавно исполнился ровно год со дня вступления в силу закона «Об очищении власти». Сам процесс люстрации рассчитан на два года, так что половина срока вышла. Что удалось сделать? Чего не удалось? Об этом говорим с одним из главных общественных лоббистов люстрации Карлом Волохом.

- Карл, такой день сегодня плодотворный для родителей люстрации. Высший совет юстиции рассматривает увольнение одиозного экс-главы Высшего хозсуда Татькова, уволили главу Киевского управления фискальной службы.

- Я добавлю, что вчера посадили генерала СБУ из пограничной службы на 10 лет за взятку. И генпрокурор Шокин как бы сто процентов уже на выходе. Я уже месяц об этом слышу. Может быть, он должен поработать еще "козлом отпущения", прежде, чем его отправят в отставку?

- Произошли какие-то сдвиги за год, мы как: «наполовину очищенные»?

По сравнению со сделанным в стране, люстрация - единственное, что сделано
- По сравнению со всем остальным, что сделано в стране, люстрация - единственное, что сделано. Порядка пяти тысяч совершенно позорных человек из числа высших руководителей, как чиновничьего аппарата, так и правоохранительных органов уволены со своих должностей. Из них 700 уволены по люстрации, и остальные четыре с лишним тысячи ушли по собственному желанию. Еще несколько сот судей должно быть уволено, просто этот процесс только начался, и он более длительный, он более серьезный, он связан с доказыванием. Вот сейчас этим занялась Высшая рада юстиции по результатам, в том числе работы ТСК. Еще идет завершение люстрационных проверок по другим отраслям, но там уже никаких особенных результатов не будет.

И остается только последний вопрос - это имущественная люстрация. Она пока провалена полностью, именно с этим связано основное разочарование общества. Но если меня спросят, где изменения, я задам встречный вопрос? А если бы сейчас левочкины были министрами, это было бы нормально? А если бы татьковы имели право возвращаться в судебную власть, и если бы их не убирали? И таких «если» можно поставить еще миллион.

Не будь люстрации, мы видели бы тысячи закрытых уголовных дел и чиновников, вернувшихся во власть

Не будь люстрации, мы видели бы тысячи закрытых уголовных дел и чиновников, вернувшихся во власть. Люстрация - единственное, что привело к определенному очищению и что мешает старой гвардии вернуться во власть; ничего, кроме люстрации, нет. Нету посадок, как говорит Путин. Кроме первого генерала, которого Матиос посадил вчера. А это же вопрос вопросов. То есть, сколько-нибудь массово очистить власть от всякого непотребства пока удалось только нам.

А почему, все-таки, такое большое разочарование? Потому что, во-первых, от этого страна жить хорошо не стала, а это неизбежно, потому что это же мало - кого-то уволить, надо еще достойного человека на его место найти. А во-вторых, большое разочарование связано с тем, что у многих на глазах чиновники, судьи, прокуроры продолжают ездить на дорогих автомобилях, продолжают оставаться на своих местах, жить в дорогих домах. А это все было связано, я говорю, с тем, что имущественная проверка по люстрации проводилась фискальной службой на основании очень и очень неправильного, я бы даже сказал бы, вполне коррупционного приказа. К счастью, на данный момент вопрос заслушан в правительстве, есть решение и обещание Премьер-министра провести имущественную проверку заново.

Чиновнику было достаточно просто пойти с женой или мамой к нотариусу и переоформить на них свое имущество

- Как я понимаю, во исполнение закона «Об очищении власти» был принят приказ, который позволил проводить имущественную проверку чиновников, но не трогать их родственников?

- Да. Имущественная проверка происходит на основании приказа Минфина №1100. Они издали прескверный, совершенно дырявый приказ, который просит заполнять сведения обо всех членах семьи, но, в реальности, интересуется только самим чиновником. Имущественная проверка прошла, но практически никто из этих всех вельмож, со всеми их абсолютно незаконными активами, уволен не был, потому что они просто переписали все это на жен и детей, кто-то на родителей. Чиновнику было достаточно просто пойти с женой или мамой к нотариусу, переоформить на них. Поэтому они все это сделали и замечательно продолжают этим пользоваться.

В прошлую среду правительство приняло решение, что надо подать предложение в Минюст, Минфин о повторной проверке. А неделю назад я на встрече с Арсением Петровичем задал ему прямой вопрос, он же в курсе, мы с ним в контакте. Я говорю: «Я могу считать, что вы пообещали отменить 1100, отменяем?» «Отменяем». Говорю: «А новый порядок проверки готовлю я?» «Вы».

- Карл, поговорим о судебной реформе. Камнем преткновения в ее реализации стало будущее судейского корпуса. Решение Венецианской комиссии одни трактуют, как запрет менять судей, другие - в их числе министр юстиции Павел Петренко, Леонид Емец - говорят, что фактически «венецианка» дала разрешение менять судей. Что вы скажете?

- Министра Петренко в эту дискуссию втянул я, я 100-процентно его единомышленник, поэтому может быть я необъективен. Но, в общем-то, если читать то, что в реальности сказала Венецианская комиссия, то она сказала, что судей перенабирать можно, используя механизм реорганизации.

- Какая реорганизация?

- Венецианская комиссия объяснила: если хотите перенабрать судей, но при этом не вызывать большого шума, вы должны сделать это через ликвидацию старых судов и создание новых. Давайте начнем с простого. У нас четырехэтажная, четырехуровневая судебная система, нигде такого нет, один уровень лишний. Уровень высших спецсудов должен быть слит с уровнем Верховного суда. Иными словами, мы сейчас фактически создаем заново новый Верховный суд, то есть мы отменяем, как бы, высшие спецсуды и нынешний Верховный суд, а делаем его заново - Верховный суд с новыми полномочиями и так далее.

- В котором будут палаты, касающиеся хозяйственных дел?

- Ну, хозяйственные палаты, или они могут войти в гражданские суды - не так важно. Это уже технические вопросы, а я говорю о принципах. Это будет новый Верховный суд, не такой, как сейчас. А высших спецсудов просто не будет. Соответственно, при ликвидации судов и создании нового суда можно проводить перенабор судей. То есть, можно людей уволить и позволить им наравне с другими принять участие в конкурсе на замещение вакантных должностей в создающемся суде. То же самое можно делать во всех остальных судах. Такую же схему можно реализовать в прокуратуре: вместо районных прокуратур создают межрайонные, соответственно районные ликвидируются. Не надо ломать голову, на каком основании и кого уволить. Но все это нужно прописать в Переходных положениях Конституции.

- Ну, давайте еще раз. Есть около девяти тысяч судей. Мы ликвидируем одни суды и создаем другие…

- Мы реорганизуем судебную систему полностью. Смотрим на количество судебных вакансий, которые у нас образуются в новых судах. Часть из судей останется без работы заведомо, потому что при реорганизации, скорее всего, некоторые функции судов будут упразднены. А что произойдет в результате? То есть, можем вместо 9-ти сделать, скажем, 6 или 7 тысяч судейских вакансий. Вот на эти новых 7 тысяч судейских вакансий у нас будет происходить перенабор судей. Есть районные суды, а станут межрайонные. Хотя нижний уровень будет в последнюю очередь, реорганизация начнется сверху, с высших спецсудов и Верховного суда, там будет создаваться Единая конституционная инстанция.

- То есть, продажная судья может просто не пройти конкурс в новосозданный суд?

- Низкоквалифицированный судья, судья, у которого плохое профессиональное досье, он может не пройти, а на его место пройдет другой человек.

Но я говорю еще раз: любой судья участвует в конкурсе на равных основаниях. Более того, он имеет некие преимущества, потому что когда туда идет адвокат или там кто-то еще, у него нет профессионального досье судьи; у судьи - есть, если оно у него хорошее, оно явно даст какие-то преимущества, если он все остальное делает нормально. Вот, но, в общем-то, это - все, то есть, он может с одинаковым успехом и не пройти. И нам нужны изменения в Конституции, чтобы после того, как он не прошел на ту должность, куда он подался, чтобы он уходил, потому что нынешняя Конституция такого основания для его увольнения нам не предоставляет. Основание для увольнения судьи - это или нарушение присяги, возраст или заявление по собственному желанию, там прочее. Пока нам Конституция не дает возможности сделать такой глобальный перенабор. Но - будем над этим работать.

И в этом смысле, если не фантазировать, а говорить конкретно: дала ли Венецианская комиссия «зеленый свет» на перенабор? Конечно, дала. Только она сказала, в какой форме это должно происходить, что не просто так - давайте мы их уволим. Она сказала: хотите сделать правильно - сделайте через реорганизацию. Нет проблем. Так что сейчас это уже все зависит от Рады реформ, на заседании которой должны рассмотреть данный вопрос. Но, я надеюсь, что Борис Ложкин донесет наши идеи.

Участие общества мы вписываем чуть ли не в каждый закон, в котором идет речь о борьбе с коррупцией. Но при этом никакое общество там не участвует

- Давайте поговорим об избрании Антикоррупционного прокурора. Уже к 30 ноября его должны избрать. Вас устраивает комиссия, где четверо человек делегированы Шокиным, а семеро - парламентом?

- Более сложного вопроса я себе представить не мог. С одной стороны, как бы, есть Шокин, который, куда ни глянь, всем мне не нравится. Он настолько советский, настолько старорежимный, он вообще не понимает, что такое общество, что такое контроль общества, имеет нулевую легитимность сегодня, не пользуется никаким авторитетом. Поэтому, с одной стороны, мне хочется поругать Шокина, с другой стороны - у нас сложилась парадоксальная ситуация. Мы пишем чуть ли не в каждый закон сегодня, где речь идет о борьбе с коррупцией, участие общества, но при этом никакое общество там не участвует. Там участвует несколько людей, которые каким-то образом стали обществом. То есть, когда сложилась некая группа людей, которая и в совете Национального Антикоррупционного бюро, и в комиссии Агентства по противодействию коррупции, такая совершенно, как бы, мафиозного характера, с моей точки зрения, которая сегодня считает, что она - общество. Понимаете, что я начинаю думать: а насколько вообще это все легитимно? Хотя я - тоже как бы общественность, но я, еще раз говорю, я задумываюсь, насколько это легитимно. Потому что, когда прокурора назначают политики, у них есть какая-то ответственность, политическая ответственность. Вот Шокин плохо работает - все ложится очень темным пятном на Президента Порошенко. А какую ответственность несут общественники?

- Жалко, когда разные группы общественников конфликтуют друг с другом. Ну, если те, о ком вы говорите, выросли в аналитических структурах и знают толк в антикоррупции, почему бы им не участвовать?

- Да, ну ладно вам, не надо преувеличивать, в каких аналитических структурах они выросли? Мне кое-что недавно очень смешное прислали. – Показывает видео, где признанный специалист по антикоррупции ведет тренинг, рассказывая о том, что причина ВИЧ-инфекции в Украине в том, что на Западе упадок морали, и они нам насаждают свои ценности. – Он специалист широкого профиля, берет любые заказы. Я знаю, что аналитические грантовые центры - тоже бизнес, они по-своему получают, по-своему что-то отрабатывают. Клубы распила дотаций на иногда коррупционные интересы, как писал Марьян Заблоцкий. Но это их бизнес, а не их общественная активность. Я, например, понимаю, почему я - общественность. Я не получаю с этого ни одной копейки, я не использую свою, ну, какую-то вхожесть в кабинеты для решения ни одного личного вопроса. Мы пишем закон бесплатно, мы их лоббируем бесплатно, мы помогаем их исполнять бесплатно и так далее. А как в этой ситуации быть с теми, кто это делает за деньги? Допустим, получают грант от какого-то Министерства или какой-нибудь заграничный грант - какая же это общественность?

- Конституционный суд недавно рассматривал конституционность закона о люстрации, но решил отложить рассмотрение. Это открытый финал?

- Мы поставили КС в тупик своим последним ходатайством. Не удовлетворить ходатайство они просто не могли. Мы жестко показали, что судьи не могут рассматривать люстрацию, поскольку там конфликт интересов. Они же сделали перерыв для его рассмотрения. И будут его рассматривать очень долго. Думаю, они ждут, что мы примем изменения к закону, после чего они с чистым сердцем отошлют субъектам Конституционного представления (субъектами изучения конституционности закона об очищении власти были 47 народных депутатов, в основном Оппоблока - автор). Логика проста. Раз закон изменен, то, извините, мы уже это рассматривать не можем. И мы завершим люстрацию.

Джерело: politkuhnya.info
06.11.2015

Сьогодні
13 листопада 2019

Анонс подій:

 

 

 


Архів заходів Центру>>

 


 

Опитування (архів)


підписатися на        розсилку новин з сайту
підтвердити підписку
нагадати пароль
відписатися



Наші публікації:

 

Архів публікацій>>

 


 

 
© 2001-2016. Центр суддівських студій. При копіюванні матеріалів та/або розміщенні їх у будь-якому інформаційному виданні -
посилання на Центр суддівських студій обов'язкове. E-mail: info@judges.org.ua, judges@i.com.ua

Підтримка сайту: Швейцарська Конфедерація